Заселение славянами Балканского полуострова и судьба дославянского населения Балкан


Но оставим Болгарию и перейдём к тем славянским племенам, которые поселились на западе полуострова.

Им удалось создать государственные объединения значительно позднее. Ведь мало одних экономических условий, которые в конце VII века уже способствовали классвому расслоению и создали предпосылки для появления государств. Между тем на западе полуострова с конца VII века сталкивались интересы Византии, Франкского государства и Болгарии, которым отнюдь не улыбалось создание местными славянами независимых государств.

Мы уже знаем, что македонские славяне так и не смогли создать своё государство, попали в зависимость от Византии, вынуждены были посылать воинов на ведшиеся ею войны, откуда возвращались немногие, и в конце концов большая часть славян от Пелопоннеса до нынешней республики Македония в составе Югославии (малой части былой Славинии) была так византинизирована, что забыла о своём славянском происхождении и ныне их потомки зовут себя греками. Распад Югославии и объявление составной её части независимой республикой Македонией привели совсем недавно к протесту греков, заявивших, что македонцы были эллиноязычны и потому пусть данное славянское государство возьмёт иное имя. Это было бы смешно, когда бы не было так грустно — сами-то греки нынешней Греции — потомки византинизированных славян.

Хорутане же, предки словенцев, которые, как упомянуто выше, в 600 году вместе с аварами вырезали романское население Внутреннего Норика и включили его в свою землю Хорутанию, приняли наряду с племенами западных славян (лужицких сербов, чехов, моравов и словаков) участие в создании государства Само, существовавшего в 623 — 658 годах и нанесшего ряд ударов франкам, тюрингам, алеманнам и лангобардам, но наиболее серьёзные удары были им нанесены аварам, чей каганат после этого захирел. Однако и государство Само немедленно распалось после смерти этого вождя, которого пытаются объявить франкским купцом одни историки и славянином-язычником другие, хотя в обоих случаях ясно одно — его успех был успехом временным, и государством в полном смысле слова это объединение не назовёшь. После его распада хорутане оказались втянуты в борьбу с баварами, лангобардами и недобитыми аварами, а война на три фронта им была не под силу. Натиск авар оказался так силён (они пытались из последних сил спасти свою ненавистную всем соседям державу), что хорутанский князь Борут отдал свою страну под покровительство баварского князя Одило. Само собой, что произносить чужое название без ошибок люди не могут, а так как о последствиях этого события мы узнаём из баварских и позже австрийских документов, то вместо Хорутании в них находим Карантанию. Случилось это в 745 году, то есть через 87 лет после смерти Само и распада его державы. Карантания стала автономным владением на правах княжества в составе королевства баваров. В ней правила династия потомков Борута, но независимости эти потомки так и не добились. Позже землю баваров захватили франки, а после распада империи Карла Великого она вместе с Карантанией вошла в состав Германского королевства. С тех пор прошла тысяча лет и за это время потомки хорутан словенцы неоднократно пытались добиться независимости, что обошлось им весьма дорого — было почти полностью истреблено славянское население Штирии, Истрии, Каринтии (последнее название происходит от Карантании), но всё же часть словенского народа сумела сохранить родной язык и национальные обычаи, и ныне Словения — одна из шести равноправных республик Федеративной Югославии. Некоторая часть словенцев живёт также в Австрии, где сейчас гонений на них нет. При распаде Югославии Словения, в отличие от Хорватии и Боснии, смогла обособиться без крови.

Земли же, населённые племенами сербов и хорватов, оказались объектами притязаний византийцев, франков и болгар, что с одной стороны препятствовало возникновению независимых государств, а с другой — позволило правителям Сербии и Хорватии использовать противоречия между своими врагами и (хотя в Сербии это произошло на 100 лет, а в Хорватии даже на 200 лет позже, чем в Болгарии) всё же добиться независисмости и создать сильные государства.

Ядром тех славянских земель, где впоследствии образовалось государство Сербия, явилась Рашка — междуречье рек Дрины, Лима, Ибара и Западной Моравы. Родственные племена обитали также в нынешних Черногории, Боснии, Герцеговине и Южной Далмации — в тогдашних областях Дукле (позднейшей Зете), Травунии, Захумьи, Пагании (от слова “поганый”, означавшего в те времена всего лишь язычников, а обитавшее в Пагании племя неретвлян долго не желало принимать христианство) и Боснии. В этих землях сохранился ряд городов с романским населением — шесть в Рашке, два в Боснии, три в Дукле, десять в Захумьи и четыре в Пагании. В своё время эти города оружием или данью сумели защититься от славян. Позднее славяне использовали их как административные центры, но всё же отличное от славян по языку, крови, вере и обычаям городское население было проводником влияния Византии. Сравнительно рано началось среди сербских племён распространение христианства — ещё при императоре Ираклии (610 — 641), но окончательно утвердилось оно лишь во второй половине IX века (княжеский род в Рашке крестился между 867 и 874 годами) [“История Югославии”, т.1, М.,1963, стр.62 — 63]. Но если в Болгарии христианство укрепило государство, а болгарская церковь добилась независимости от византийской, то в Сербии, когда крещению подвергались разрозненные и зависящие от Византии племена, христианская церковь стала средством подчинения сербских племён Византийской империи.

Все упомянутые области были обособлены друг от друга горами, основная территория (Рашка) не имела выхода к Адриатическому морю, сельские районы не имели прочных хозяйственных связей с городами. Всё это привело к раздробленности сербских земель и вынужденному признанию зависимости от Византии. Первыми территориальными объединениями у сербов, как и у большинства южных славян, стали жупы, ограниченные течением рек, горами и другими естественными границами. Во главе жуп стояли жупаны, баны, князья. Власть их была выборной, но постепенно, под влиянием причин экономических (накопление богатств, разорение общинников, создание дружин у жупанов и князей) и политических (влияние Византии) стала наследственной [там же, стр.67]. Появились дружины — появилась и проблема их содержания. Сербские феодалы, пользуясь своей властью над рядовыми членами племён, стали раздавать дружинникам земли за службу (то-есть в феодальное держание) или предоставлять им право на поборы с населения. Так как в Сербии крепкое государство долго не могло возникнуть, а власть Византии была номинальной, то процесс закрепощения сербских крестьян шёл медленно. Но всё же к XI веку часть общинников в Сербии была уже подчинена феодалам, судилась в их судах, несла в их пользу повинности. Монастыри также владели землями с зависимыми крестьянами. Но это было к XI веку, А в VII — VIII веках феодалы ещё не имели больших владений и стремились главным образом к захвату первенства среди себе подобных. Появились союзы жуп, ведшие между собой борьбу. Византия не только этим усобицам не препятствовала, но и поддерживала их, так как рознь между жупами и племенами была империи полезна. Но в конце концов слуги империи не уследили. В конце VIII — начале IX веков в Рашке возникло государственное объединение, а славяне Адриатического побережья отпали от Византии, стали независимыми и никому не пожелали покориться [Константин Багрянородный “О фемах — о народах”, М., 1899, гл.29, стр.106]. На первых порах молодое сербское государство оказалось достаточно жизнеспособным. В конце IX века князь Властимир в трёхлетней войне отразил наступление болгар и поставил в зависимость от себя Травунию (область к югу от Рагузы-Дубровника и к северу от Дукли или Зеты на адриатическом побередьи). Но после того, как он перед смертью поделил своё государство между тремя своими сыновьями (типичный подход феодала к чему бы то ни было — “я”, “моё”, а всё прочее меня не касается), — началась усобица. Один из этой троицы — Мутимир Властимирович — при поддержке Византии изгнал своих братьев в Болгарию (872 год). Девятнадцать лет правил он, опираясь на Византию и будучи её союзником-вассалом. После его смерти сын одного из братьев-изгнанников — Пётр Гойникович — сверг сыновей Мутимира и занял сербский престол. Но и он был союзником Византии, за что и поплатился в 917 году, когда властелин почти всего полуострова болгарский царь Симеон сверг Петра Гойниковича и посадил в Сербии своих ставленников — Павла Брановича и Захария Првославича. Но так как они оказались Симеону неверны, то он в 924 году опустошил Сербию и включил её в состав Болгарского царства. Зависимый от Византии и Сербии князь Захумья Михаил Вишевич был тайным союзником Симеона. Это позволило ему сохранить независимость после разгрома Сербии. Но собравшийся в — как он предполагал — последний поход на Константинополь, который сделал бы его “царём болгар и греков” уже окончательно, Симеон упал с коня, на которого садился, выступая в этот поход, и умер на месте (скорее всего, византийцы сработали). Случилось это в 927 году и немедленно началось ослабление раздираемой феодальными смутами Болгарии, причём князь Захумья снова разорвал союз с Болгарией и вернулся под защиту империи, за что получил высокий титул. Последовавший распад Болгарии позволил жупану Рашки Чеславу Клонимировичу восстановить сербское государство при поддержке Византии, считавшей Сербию противовесом Болгарии и Хорватии. Сербия Чеслава Клонимировича включала Рашку, Боснию, Дуклю, Захумье, Травунию и Неретвлянскую землю, но вскоре началось дробление этого государства и оно стало лёгкой добычей последнего могущественного царя Болгарии Самуила. Однако держава Самуила погибла в смертной схватке с Византией, после чего и Сербия тоже попала под прямое господство империи (1018 год). В это время даже труднодоступные из-за гор Дукля (Зета), Травуния и Захумье были под властью византийского императора Василия II Болгаробойцы, но после его смерти империя сразу ослабела и появилась надежда на освобождение Сербии. Однако первое сербское восстание в 1035 году было жестоко подавлено, хотя захваченный византийцами руководитель восставших Стефан Воислав сумел бежать в Дуклю. В 1040 году, когда Болгария снова восстала под руководством Петра Деляна, Воислав (или Войнислав) возглавил борьбу дуклянцев против империи и, нанеся ей в 1040 и 1043 годах два жестоких поражения, добился независимости Дукли (нынешней Черногории). Он присоединил Захумье и Травунию, а его сын Михаил (1051 — 1081) — Рашку. В 1077 году римский папа Григорий VII (Гильдебранд, известный своей борьбой с императором “Священной Римской империи Генрихом IV) признал Михаила королём, чтобы укрепить своё влияние на Балканском полуострове и ослабить позиции Константинопольского патриарха. При внуке Стефана Воислава — Константине Бодине (1081 — 1101) Дуклянское королевство достигло вершины своего могущества, объединив все сербские земли. Но не было ещё социальных и экономических предпосылок к преодолению феодальной раздробленности, а потому оно немедленно после смерти Константина Бодина распалось на части, из коих только Дукля сохранила независимость. И лишь в 1190 году великий жупан Рашки Стефан Неманя после успешной борьбы с византийцами и их сербскими союзниками объединил сербские земли в крепкое независимое государство и основал династию Неманичей, правившую до самого турецкого завоевания в конце XIV века. Его победа стоит в прямой связи с успешным восстанием в Болгарии, приведшим к образованию Второго Болгарского царства и к созданию в Македонии нескольких независимых болгарских княжеств. Почти одновременно добилась независисмости Босния. Таким образом в 1180 — 1190 годах Византия утратила власть над южнославянскими народами, возродившими независимые государства, а вскоре пала под ударом крестоносцев, создавших Латинскую империю.

Можно считать именно королевство Стефана Немани первым общесербским королевством — предыдущие держались только на силе оружия, не имея экономических и социальных предпосылок к поддержанию единства, отчего и рушились исключительно быстро. Следует также учесть и то, что Сербия очень долго находилась в стороне от торговых путей и не участвовала в торговле на Балканском полуострове, а уж тем более в общеевропейском масштабе. Это, как и частые войны, замедлило развитие в Сербии феодальных отношений, а следовательно, и создание государства, а не военной державы.

К северу от Сербии находилась земля хорватов. Константин Багрянородный утверждает, что это — часть волынских белых хорватов, потомков разгромленных когда-то аварами дулебов. Белые хорваты вошли в состав Киевской Руси, а часть их ушла на Балканы ещё после разгрома дулебов. И хотя эти земли были заняты славянами ещё до того — в VI веке, хорваты (по Константину Багрянородному) пришли туда только в начале VII века. там они разделились на две группы и одна из них заняла часть Далмации, а другая — по реке Саве до средней Лравы на севере (Славония или Посавская Хорватия). У далматинских хорватов ещё в VII веке возник племенной союз, но княжество с наследственной властью (зачаток государства) возникло лишь в начале IX века. Посавские же хорваты оказались под властью авар, а сбросив в конце VIII века аварское иго, оказались перед фронтом крепнущего Франкского государтсва. В 799 году хорваты разгромили войско фриульского маркграфа Эрика, а сам он погиб в той битве, но в 803 году его преемник подчинил Хорватию. Карл Великий в 812 году заключил с договор с Византией, сохранявшей города Сплит, Трогир, Задар и несколько островов в Далмации. Всё же прочее в Далматинской и Посавской Хорватии признавалось за франками. Упорная борьба хорватов за свободу вызвала со стороны франков свирепый террор. Он не щадили даже грудных детей, бросая их собакам [Константин Багрянородный “О фемах — о народах”, гл.30, стр.119]. Ответом на эти зверства было почти поголовное восстание в Посавской Хорватии, Нижней Паннонии и части Карантании (Словении), во главе которого стоял князь Людевит. Только пятый поход франков после трёх лет кровопролитной войны дал им победу. Людевит бежал в Сербию, где был убит одним из своих врагов.

Восстановленное господство франков оказалось непрочным. В 827 году Посавскую Хорватию заняли болгары и создали там вассальное княжество во главе с князем Ратимиром. В середине того же IX века франки опять завладели страной, которая пребывала в зависмости от них, а после распада Каролингской империи — от Германского королевства до 878 года. Иначе развивались дела в Далматинской Хорватии, оказавшейся после распада Франкской империи в зависимости от королевства Италии. В это время здесь появилась крепкая княжеская власть, становившаяся наследственной, что и сделало Далматинскую Хорватию ядром будущего государства. Используя ослабление Византии вследствие набегов арабов, князь Трпимир (845 — 864) укрепил свои позиции на побережьи. Он также нанёс поражение болгарам и раздвинул границы княжества на северо-восток. В 878 году при поддержке Византии Хорватия сбросила зависимость от королевства Италии, тем самым кончив борьбу, начавшуюся ещё с франками. Византия посадила на хорватский престол своего ставленника Здеслава, но через год он был убит, а княчзь Бранимир стал независимым хорватским князем. Особенно усилилась Хорватия при Томиславе (910 — 930), когда были разбиты только что вторгшиеся в Паннонию венгры, подчинена Посавская Хорватия (Славония) и было отбито нападение болгарского царя Симеона. Хорватия стала одним из сильнейших государств на полуострове и в знак того Томислав стал называть себя королём.

Следует отметить, что Хорватия приняла христианство не от Византии, а от римского папы. Хотя эта мера и укрепила государство, но так как католическое богослужение и священные книги были только на латинском языке, а славянский язык не допускался, то был нанесён тяжёлый удар развитию хорватской культуры. Кроме того Хорватия оказалась в фарватере политики папства, что в конце концов и ускорило её гибель как независимого государства, и последствия этого уже тысячу лет раскалывают славянское единство на Балканском полуострове, последняя кровь в братоубийственной резне на религиозно-шовинистической основе пролилась между хорватами и сербами во Второй Мировой войне и унесла сотни тысяч жизней. Увы, эта кровь оказалась не последней — дикая резня между хорватами и сербами, а потом внутрибоснийская война, а теперь Косовский вопрос и вмешательство НАТО... И это после того, как Югославия сумела выжить после ухода из соцлагеря и стать одной из наиболее развитых держав региона... А ведь начиналось-то ещё в рассматриваемые здесь годы...

Со времён Трпимира в Хорватии было сильно дарственное землевладение, что указывает на начало закрепощения крестьян не позднее, чем с середины IX века. Монастыри владели землями с правом отчуждения их по своему желанию, а частные лица могли отчуждать дарственные земли только с согласия короля [И.Н.Смирнов “Очерк истории хорватского государства до подчинения его Угорской короне”, Казань, 1880, стр.109], что указывает на известную автономию церкви даже при сильной королевской власти.


© 2016 Цукерник Яков Иосифович