О книге П.В.Тулаева “Венеты: предки славян”. Часть 12

Стр. 48 Глава

От Норика до державы Само

На средней полосе страницы — карта. И подпись: “Норик на средневековой карте Европы”.
Карта и впрямь средневековая — судя по невежеству её автора, изобразившего на ней города, отродясь в Норик не входившие или изъятые римлянами из состава присоединённого в начале первого века нашей эры Норикского царства и переданные в состав Паннонии. В первом случае это Савария и Скарабантия, во втором — Виндобона и Карнунтум. Обе пары городов мне запомнились по работе над “Житием святого Северина”. Савария — это нынешний венгерский Сомбатхей, а Скарабантия — венгерский же Шопрон. Оба эти города были брошены населением, организованно ушедшим из них в Италию, когда Паннония досталась гуннам. Позже на их месте стояли города с другими названиями: Амангер и Штейн в первом случае (оба названия относятся к одному городу в разное время), Оденбург во втором. А Виндобона (нынешняя австрийская столица Вена) и Карнунтум (близ нынешнего Бад-Дейтч-Альтенбурга) были сильными придунайскими крепостями, оберегавшими от вторжения с востока долину тогдашнего Данубия, но были в 395 году сожжены маркоманнами и квадами, так что эта важнейшая природная магистраль Европы, соединяющая восток и запад, осталась беззащитной, и по дунайской долине покатились на восток и вандалы, и вестготы, и гунны с союзниками (прошедшие также и в обратном направлении после поражения в Каталаунской битве). Впечатление такое, что автор карты, хотя и жил в средние века, пытался восстановить картину именно римского времени на этом листе. Но — не очень успешно. Так что и надпись NORIC у автора оказалась сдвинута далеко на восток, а от собственно-Норика на карту попала самая чуточка — максимум на четверть её ширины слева, причём известные мне норикские города на карте отсутствуют вообще. Оно и понятно — когда началось восстановление развалин многовековой давности в бывшей Виндобоне, которой пришло время воскреснуть в новом качестве, то её поначалу посчитали за Фавианис и чуть было не сделали покровителем города именно связанного с ним святого Северина. То-есть от придунайских римских городов осталось так мало наземных материальных следов и соответственно — живой памяти, что картограф мог и посчитать, что эти города на его карте показать не выйдет — за левой её чертой должны находиться. Так то — этот средневековый картограф. А решивший ввести эту карту в свою книгу Тулаев — дело другое. Он же в своей книге и об источнике “Житие святого Северина” упомянет — на странице 114 и в списке прилагаемой литературы на стр. 177, причём — как об уже изданной на русском языке книжечке, о которой я ещё скажу, когда придёт время. Получается, однако, что он эту книжечку, как и мою, в руках не держал, а ввёл в список для пущей важности. И о Норике как таковом, а не как о мифической прародине славянства, понятия не имеет.

Далее — самый низ той же 48-й страницы:

Норик вместе с Рецией, Паннонией, Далмацией, Мёзией и Дакией был включён в состав большой области — Иллирии.
Он не мог быть включён в её состав — он был подчинён Иллирийскому диоцезу в церковном отношении, а это две большие разницы, как говорят в Одессе. А так-то он просто достался Восточной империи по Феодосиеву разделу, и само собой, что церковные связи тоже были разорваны и ориентировались теперь на восток. Но стоило гуннам обосноваться в Паннонии (а потом она досталась остготам), как стала дорожка непроезжей настолько, что пришлось Норику, повисшему в воздухе — как считающее себя ныне частью России, а не Украины или Молдавии нынешнее Приднестровье — самодеятельно переподчиниться Западной империи, а у империи оказалось столько хлопот в более доступных её заботам провинциях, что Норик оказался заброшен уже вроде нашего Приморья в эпоху Наздратенко. Или Сибири при петровском генерал-губернаторе Гагарине либо при отце декабриста Пестеля. И не то что защитить его она не могла, как и Рэцию (от которой к концу периода деятельности Северина [с 453 года] оставалось лишь два ещё незахваченных алеманнами города), но даже и жалованье солдатам перестали выплачивать — деньги не доходили, как зарплата и пенсии в наши дни. А когда вдруг в самые последние годы попытались это сделать — солдатам Батависа (Пассау в Баварии на австрийской границе) пришлось послать за ним ходоков в Италию, да и те были перебиты недалеко от города в самом начале своего пути. Так что — чем давать такие сведения, приводить такие иллюстрации — лучше бы вовсе их не давать и не приводить...

Сообщение на стр. 49, что “плуг и соха — слова исконно словенские” имело бы смысл в случае приведения датированной до-хорутанским временем фразы из какого-то документа. Но весь фокус в том, что “Житие святого Северина” — единственный дошедший до нас письменный памятник для Норика вообще за 453 - 488 годы, и ещё в переписке Кассиодора в бытность его “министром по местному населению” в правительстве Теодериха есть его письмо во Внутренний Норик с рекомендацией местным властям покупать у алеманнов рабочий и мясной скот с указанием, что первый меньше ростом, а второй крупнее. И никаких других письменных источников просто нет. Ну, а если о плуге и сохе говорится уже в хорутанские или карантанские времена — то понятно, что эти слова именно славянские, даже словенские. Но Тулаев умалчивает — когда эти термины применялись. И это не случайно. Не впервые уже примечена такая особенность его стиля...

Тоже на стр. 49:

Умели венеты (генеты) и выращивать породистых лошадей. Их изображения можно встретить на памятниках культур Вилланова, Эсте, Гальштат, и, естественно, в Норике, где выращивались как ездовые лошади, так и тяжеловозы. Древний способ отбора и дрессировки жеребцов античные авторы называли “генетским”.
Лезу в Советскую историческую энциклопедию. Ищу культуру Вилланова. Том 3, стр. 473. Да, была такая в северной Италии в 900 — 500 до н.э. Приписывается умбрам, в 7 - 6 вв. до н.э. покорённым этрусками. Лезу в статью об умбрах (том 14, стр. 800) — нахожу там, помимо сообщения, что эти древнеиталийские племена относились к оскско-умбрской языковой группе, те же сведения, только этрусский период владычества над ними продлён до 5 века до н.э., а далее: “а в 4 - 3 вв. до н.э. оттеснены галлами из Сев. Италии в Среднюю (в обл., получившую название Умбрия). В 3 - 2 вв. до н.э. У. Были покорены римлянами и к 1 в. н.э., не утратив своего языка, латинизировались.

О языке и культуре У. позволяют судить т.н. Игувийские таблицы предположительно 3 - 2 вв. до н.э. [7 таблиц, содержащих в совокупности ок. 5000 слов, из них 5 таблиц на умбрском яз., найденные в 1444 в г. Губбио (древний Игуниум), с текстом гл. об. ритуального содержания]”.

Неплохой был по качеству народ, если так держался за родной язык, но — не были они славянами, даром что их чуть не три века вроде бы славяноязычные или по крайней мере вроде бы славянописьменные этруски курировали, а потом ещё и галлы, потомки которых в иные времена имели довольно близкие связи со славянами...

Культура Эсте не обнаружена в СИЭ, а вот Гальштатская культура есть — том 4, стр. 70. Охватывала две большие зоны: одну в Австрии, Югославии, Албании, отчасти Чехословакии, а другую в южной Германии и прирейнских департаментах Франции. 900 — 400 годы. Первый ареал приписывают иллирийцам, второй — кельтам. Но о славянской её принадлежности в советской, а не югославской, зависящей от Тито и его партийной номенклатуры энциклопедии не сказано. А ведь это позднесоветский период, когда СССР давно уже стали называть “великой славянской державой”, так что будь у составителей сведения о следах славян в известнейшей Гальштатской культуре — напечатали бы. Так что боюсь, что и это — пустопорожное сообщение Тулаева, как и прочие, припутываемые им к, возможно, верным, но тонущим в ворохе добавляемых напропалую бездоказательных утверждений. Таких, как у Козьмы Пруткова: “Дед мой жил в деревне; отец мой прожил там же два года сряду; значит: они (записки деда) там! А может быть, у соседних помещиков? А может быть, у дворовых людей? Значит: их читают! Значит: они занимательны! Отсюда: доказательство замечательной образованности моего деда, его ума, его тонкого вкуса, его наблюдательности. — Это факты; это несомненно! Факты являются из сближений. Сближения обусловливают выводы”.

Ну, а насчёт “генетского” способа отбора и дрессировки коней — если он того стоил, то его для того и описывали, чтобы он повсюду стал известен, и наличия венетов-генетов в какой-то определённой зоне это описание доказать не может. В Свердловске в годы Отечественной войны шапки-ушанки называли финскими шапками, вероятно потому, что они вошли в быт в таком виде после финской войны 1939 - 1940 года. Я это помню сам, так что не ошибусь в источнике. Но Свердловск явно не был финским городом. И есть косы-литовки, в России распространённые, где литовцы отродясь не живали...

Стр. 51

Вопрос о религиозных представлениях альпийских венетов остаётся малоизученным. Некоторые данные можно почерпнуть из археологических раскопок и древних надписей, а некоторые — из фольклора, местных легенд и сказаний. Выше упоминалось название самой высокой горы в Словении — Триглав. Так назывался верховный бог у балтийских славян, чей храм находился в районе нынешнего Щецина, столицы Померании. Там, по преданию, было три холма. Трёхликий идол бога, символизировавшего три мира: небесный, земной и подземный, был сделан из золота. Бог Белен (Belenus), чьё изображение мы находим в книге, был, согласно комментарию доктора Шавли, богом солнца у жителей Норика и Карантании. Он соответствует славянскому Белбогу и греческому Аполлону. Любопытно, что на месте храма Белену был построен храм, посвящённый святому Беллино.
Опять в огороде бузина, а в Киеве дядька. Гора Триглав в Словении — это территория недавней Югославии. И не думаю, чтобы она была одноглавой или двуглавой — скорее всего её вершина и впрямь триглавая. О том, что в Норике прежнее население было вырезано хорутанами с первого захода, не успев передать им свою этимологию в относительно долгом общении, известно даже Тулаеву. Карантания же включала в себя не только Словению и не только Норик, но — чёрт побери! — речь-то Тулаев завёл о религии альпийских венетов! Так какое отношение имеет ко всему этому Щецин — столица польского Поморья, а не немецкой Померании, кстати, когда его немцы по праву победителей именовали Штеттином? У Тулаева в голове такой винегрет от природы или он симулирует?! И у Шавли — та же болезнь психики или морали? Змей Горыныч тоже был триглавый — может, его тоже стоит припутать к этой мешанине, к этой разжижающей мозги болтовне? Или упоминание тройки в тайне трёх карт из “Пиковой дамы” и наличия трёх тёток у братьев Кассилей в “Кондуите и Швамбрании”? А также трёх поросят в одной известной сказке и трёх толстяков в другой — тоже известной? А Белена и Белбога почему бы не связать с Беллоной — древней богиней войны и смерти?..
О языческом мировоззрении древних словенцев свидетельствуют надписи, расшифрованные Матеем Бором, в частности, упоминание Минервы-Афины и Астарты. В книге излагается также красивая народная легенда о волшебном козле Златороге из стада хозяек горы Триглав, описывается древний обычай словенцев поклонения старой липе — rei pod lipo (танец под липой), символизировавшей Древо жизни. Все эти темы чрезвычайно важны для понимания исконного мировоззрения славян и ждут дальнейшего исследования.
Если речь идёт о той самой горе Триглав в Словении, то здесь вполне могло что-то остаться от свойственных позднеязыческим римским временам культов как местных, так и эллино-римских и даже сирийских (Астарта!) и египетских божеств, какое-то время чтимых по всей территории империи. Здесь при славянском завоевании покойников хотя и хватало, но всё же не так уж поголовно истреблялось местное население. А козла Златорога можно при желании объявить родичем тех двух козлов на которых Один скандинавский ездил, или на той козе, которая своим молоком Зевса на Крите выпаивала — и ещё больше напутать. А танец под липой отождествить с венчанием вокруг ракитового куста у донских казаков в ранний период их истории... Чего уж там! Вали больше, кидай дальше!

Вы знаете, товарищи читатели, всё, что тут нагорожено, разбирать просто невозможно — даже у редактора терпения не хватит, не то что у вас. Вот раскрыл я разворот на страницах 54 - 55 и сразу же на самом верху стр. 54 нахожу об Одоакре — со слов упомянутого на предыдущей странице Ивана Томажича, католического священника и учёного. И он — Томажич — один из трёх авторов, книгу которых рекламирует Тулаев. Он наш современник, обязанный знать то, что смог узнать я при своей работе над эпохой Северина — не из пальца же я его высосал, и не во сне явились мне сведения о нём. Просто полез в источники и примечания к ним, а потом сделал обобщение узнанного. Но Томажич явно из тех, кто движется “рассудку вопреки, наперекор стихиям”, а потому для полноты картины обязан и суп не в рот ложкой, а в ухо вилкой нести.

Дополняя исследования своих соотечественников ценными фактами и деталями, он (Томажич), в частности, рассказывает о том, как правителем Норика стал вождь скиров — Одоакр (Odoacer). С огромным войском варваров, среди которых было немало славян, полководец вторгся в пределы Римской империи. Римляне предложили ему службу на посту военачальника и наместника императора. Одоакр сначала принял пост, а вскоре, в 476 году, низложил власть Ромула Августула и стал узурпатором. Внутренний Норик входил в состав владений Одоакра, пока его не сверг король готов Теодорих...
Для начала отмечу, что об Одоакре уже сам Тулаев немало нагородил, на что пришлось мне давать ответ. Но Томажич в данном случае Тулаева перекрывает.

Для человека, писавшего такое этак в XVI — XVIII веках, Томажич был бы неповинен в несоответствии его выводов тому, что получил я, когда сгруппировал сведения, разбросанные по “Гетике” Иордана и “Житию святого Северина” Евгиппия, а также по примечаниям к ним — соответственно исполненным Скржинской и Ноллем со ссылками в каждом примечании на источники и книги историков. Но Томажич — наш современник. Ему это абсолютно непростительно. И пишущему о нём Тулаеву — тоже.

Вы только представьте себе: идёт на Римскую империю вражеское войско, и уже имеющие опыт общения с варварами «римляне» предлагают немедленно вождю этого войска руководство всеми своими вооружёнными силами, то-есть всех прежних своих защитников отправляют в отставку без выходного пособия. И как это они Ганнибалу ещё до битв при Треббии, при Тразименском озере и при Каннах не догадались такое предложение сделать? Или хоть вождям кимвров и тевтонов? Свыше шести веков потребовалось, чтобы до такого додуматься этим тупоголовым римлянам… А вот Томажич и Тулаев сразу додумались. Как и в России и прочих новых «незалежностях», после Беловежской встречи возникших, таких мыслителей – хоть пруд пруди…

СССР был страной культа Маркса и Энгельса. Но вот “Архив Маркса и Энгельса” был издан лишь единожды и потом не переиздавался, в собрания сочинений обоих классиков не входил. И не зря. Там ведь не личные их мысли мы найдём, а выписки, цитаты, прочее сырьё и полуфабрикаты, но никак не готовые изделия, выполненные рукою этих мастеров после обработки их же разумом и доведения до уровня, позволяющего их обнародовать. Издать это однажды как кухню авторских размышлений — стоило, но ссылаться на них всё время по делу и без дела стали бы так усердно (и уже началось кое-что в этом духе именно тогда), что позднейших переизданий уже делать не рискнули. И, пожалуй, правильно сделали, хотя мне от того плохо — своего комплекта этих томов не имею.

Когда я писал свою работу, я попробовал поискать в “Хронологических выписках” Маркса что-нибудь о тех временах и местах, которые меня интересовали. И нашёл-таки.

В V томе “Архива Маркса и Энгельса” (Государственное издательство политической литературы, 1938) на стр. 20 - 21 “Хронологических выписок” Маркса было вот что:

475. Одоакр, начальник гвардии Ореста, привлёк герулов и тюрингов, в страну которых он направился, обещанием раздачи земли в Италии и т.д., явился с большой армией, к которой в Италии присоединились все недовольные: варвары и италики. Орест отступил в Павию и заставил Ромула Августула запереться в Равенне. Одоакр взял Павию, убил Ореста.

476. Равенна сдалась Одоакру; Ромул Августул был низложен, заключён в замке Лукулла близ Неаполя (ныне Chateau de l’Oeuf) и получил пенсию в 6000 экю.

476 - 482. Одоакр принял титул короля только по отношению к варварам, титул патриция по отношению к италикам (римлянам). Он дал своим варварам (герулам, тюрингам, ругиям) 1/3 земли в Италии; после своей экспедиции в Норик он повторил эту операцию, переселяя в Италию её старых жителей, которые стояли за него и должны были уступить Норик ругиям; он наделил их землёй (далее об этом стр. 132, 133 (см. настоящий том стр.369-370).

На упомянутых страницах оказались в примечаниях к V тому цитаты из использованной Марксом работы Карло Ботта “История народов Италии”, изданной в Париже в 1825 году (том I, стр. 132 - 133):

“Так как эти жители (провинции Норика) были в своей стране сторонниками Одоакра (в его борьбе с Орестом и его сыном Ромулом Августулом), то он призвал их (после своей победы) участвовать в разделе земли (в Италии)”.

Увы, можно сказать, что ни Ботта, ни позже сам Маркс, да и более друга погружавшийся в германскую историю Энгельс с “Житием святого Северина” не сталкивались. Можно также сказать, что Ботта не представлял ни географии-вообще тех мест, о которых писал — ни тем более географии исторической, говорящей о пребывании в тех местах тех или иных держав и народов в то или иное время. Иначе он не смог бы написать о якобы имевшем место турне Одоакра перед выступлением против Ореста и его сына-императора по “странам герулов (живших ниже от Норика по Данубию на северном его берегу) и тюрингов (придвинувшихся к северному берегу Данубия выше лежащих на южном берегу земель Норика и остатка Рэции как раз к моменту переворота Одоакра)”, где он якобы набрал войско для вторжения. Точно так же не представлял себе Ботта и подробностей отношений между ругами-ругиями и Одоакром. Невозможно уразуметь, как норикцы уступили свою землю ругам, если руги были разгромлены и выгнаны из Ругиланда именно войсками Одоакра, причём бежали к тому самому Теодериху-Теодориху остготскому, который (как пишет ниже цитируемых строк сам Ботта) уже двигался на Италию. Работа Ботта — бездумная компиляция из источников, среди которых не было необходимейшего в данном случае “Жития Северина”, единственного, где можно найти сообщения о событиях в Норике в 453 - 488 годах. Маркс же в данном случае просто делал выписки из подвернувшейся ему работы Ботта, вырабатывая для себя хронологическую канву исторических событий, но ему эти данные впоследствии не потребовались, как и Энгельсу, оставшись в “архиве” побратимов-исследователей. И пришло время как-то их использовать (данную порцию выписок) лишь когда я взялся за заданную мне тему дипломной работы и на долгие годы к ней “прилип”.

Так вот — Томажичу, живущему в наше время, это непростительно. Уже есть перевод “Жития” на словенский, в конце концов. И столь же непростительно Тулаеву, пересказывающему ляпы Томажича, не проверив хотя бы на физической карте Европы, где должен был пешком да верхом передвигаться Одоакр с откуда-то взявшимися у него войсками варваров (герулов и тюрингов) и славян (не ругиев ли?), чтобы с ними разгромить те войска, которыми обладала империя до его столь эффектного прихода. И — из кого те войска состояли до появления Одоакра и кто их возглавлял. И — как бы они отнеслись к появлению не горстки беглецов единовременно, а целого войска. И — что к тому времени осталось от племени скиров. И ещё много всяких вопросов сможет задать Томажичу любой, знакомый теперь с моим описанием событий, связанных с Одоакром и ругами.

Через два столетия Норик стал основой нового объединения словенцев — Карантании (Karantanija), которое сложилось вокруг Крнского града (Krnski grad), когда власть Рима ослабла. В VII веке хорутане объединились с родственными племенами — чехами, моравами, лужицкими сербами и под руководством воеводы Само (Samo) свергли ненавистное аварское иго.
В 488 году перестал существовать остаток Прибрежного Норика, население которого было эвакуированного Одоакром.

В 600 году авары и союзные им тогда славяне племени хорутан вырезают под нулёвку Внутренний Норик за исключением, как выше я уже сообщал, долины реки Зальцах. Река эта недаром так названа — по-немецки слово Salz означает “соль”. Нынешний центр одноимённой с ним австрийской провинции город Зальцбург можно найти на стр. 55 — на карте “Держава славянского вождя Само”, где надписи скорее всего словенские — латиницей. И есть там — вне территории этой державы — город Solnograd — то-есть Солеград, славянская калька Зальцбурга и Гальштата, центра древней, до-кельтской и до-римской археологической культуры. В римско-норикское время этот город звался Ювавум вначале и Ювао во времена Северина. Я это здесь к тому сообщил, что и карта, приводимая Тулаевым здесь, взятая скорее всего из восхваляемой им книги Матея Бора, Йожко Шавли и Ивана Томажича, показывает лишь часть обоих Нориков в составе Карантании. Точнее — часть территории, в эти оба Норика входившей. А у Тулаева получается, что “Норик стал основой”... Дядя Норик захотел и стал... Как раз там, где ещё говорили по-норикско-романски, в долине Зальцаха то-есть, никакой Карантании не было и не стало.

Далее — у Тулаева мы найдём про свержение ненавистного аварского ига, но ни слова о его установлении. Оно в самом деле было, это иго. И его действительно свергли славяне упомянутых племён под руководством некоего Само, мнения историков о котором расходятся — его считают не то славянским воеводой, не то заезжим франкским купцом, что славянские патриоты считают для себя оскорблением, в то же время не возражая против легенд о запорожском казаке, возглавившем борьбу эфиопов-абиссинцев против турок или русском танкисте, взятом японцами в плен на Халхин-голе, бежавшем в Бирме из рабочей колонны к воинам племени нага и возглавившем вооружённую борьбу этого племени против японских оккупантов (не помню автора этой повести, но называлась она «Пламя над джунглями»). А также против решающей роли бежавшего из плена у гитлеровцев советского-русского полковника (кажется, Хлебникова — об этом писал Сергей Борзенко в романе “Эль-Аламейн”) в победе фельдмаршала Монтгомери над Роммелем у Эль-Аламейна. Мне, как и в вопросе о генезисе племени ругов, вопрос о национальности Само “до лампочки” — важнее сам факт возникновения у славян первой межплеменной державы, к сожалению, распавшейся немедленно после смерти Само. И, скорее всего, к распаду её приложили руки все составлявшие её племена, в том числе и предки словенцев. И то, что сейчас они столь же бодро приняли участие в разваливании Югославии, а украинцы, белорусы и русские дали развалить кучке мерзавцев единое государство СССР, тоже не говорит в пользу славян. Пора бы им, ежели они ещё есть и ежели такие хорошие, поумнеть хотя бы ради собственного выживания на планете. А что до аварского каганата, то он всё же продержался до конца VIII века, когда его добили франки Карла Великого, ещё до того и захватившие ставшую после этого Каринтией Карантанию, и стёршие в прах и пепел долину Зальцаха при этом, добив остаток “римлян Норика”. Да, словенское-хорутанское население продолжало помнить о недолгой своей самостоятельности, так что местные герцоги, бывшие вассалами более могучих соседей, довольно долго были славянами по крови и языку. Но германизация донимала не только словенцев в ту пору — лишь в 1918 году натиск на славянские народы временно ослабел — имело смысл для творцов “версальской Европы” создать независимые Польшу, Чехословакию и “королевство сербов, хорватов и словенцев”, ориентирующиеся на победившую германо-австрийский блок Антанту, а после её распада — на Францию. И в Австрии местные словенцы в ту пору имели какой-то шанс перевести дыхание. Но ненадолго. Гитлеровская Германия имела программу уничтожения одних славян руками других, но словенцы в этой программе веса не имели — главную роль своих “крысиных королей” гитлеровцы отводили хорватам. И те же хорваты приняли решающее участие в недавнем развале Югославии, хотя и словенцы тут не без греха. Так что на будущее стоит учесть, что в так называемых славянских странах всегда найдутся любители расколоть любое единство с братьями по крови, языку и истории. Как и в скандинавских, или тюркских, и так до бесконечности… И в данном словенско-югославско-российском случае на потребу таких любителей работают в той или иной степени авторы столь восхваляемой Тулаевым книги “Венеты: Первые строители европейского сообщества”. И сам Тулаев — тоже, хотя внешне выглядит таким славянофилом, что дальше некуда. Но слишком левый всегда сомкнётся со слишком правым и будут они совместно не людьми, а нелюдями, антилюдьми. Можно сказать Тулаеву словами инспектора уголовного розыска из болгарского фильма “Инспектор и ночь”: “Дерзай! Цель близка”.


© 2016 Цукерник Яков Иосифович