О книге П.В.Тулаева “Венеты: предки славян”. Часть 14

Со страницы 61 Тулаев погружается в столь доисторические времена, что разобраться в них пока что просто немыслимо — как и в куче вытащенных по приказу министра просвещения при Николае Первом графа Уварова из всех подвернувшихся курганов находившихся в них древностей, сваленных в Эрмитаже и, похоже, так и не принесших пользы науке.

Тем более, что в эти доисторические времена рвутся именно аналоги Тулаева и Шавли и выделяемая ими духовная вонь отпугивает брезгливых людей, которые могли бы в иное время решить немало проблем, залапанных ныне тулаевскими аналогами и помеченных струйками мочи этих аналогов, что-де “моё это имущество, а кто тронет — кусаться буду”.

Насчёт “загадок древнейшей истории” меня устроили бы взгляды автора одноимённой брошюры Горбовского, который — по крайней мере в шестидесятые-семидесятые годы — был вполне достоин звания человека, а позже я не имел возможности следить за эволюцией его взглядов.

Впрочем, Тулаев опять-таки перечисляет работы тех или иных учёных с изложением в паре строк взглядов их, на создание которых иной раз вся жизнь уходила, и всё для того, чтобы сделать скачок к попытке Ивана Томажича привязать венетский язык к культуре Винча, которой посвящено у Тулаева целых 25 строк, причём указано время её существования (середина V — конец IV тыс. до н.э.), но не указано — где она существовала. А существовала она главным образом в долинах рек Вардар и Морава (СИЭ, том 3, стр. 498), то-есть в среднем течении Дуная, и в большей части её влияние было заметно в сторону Балканского полуострова, чем в сторону Центральной Европы. С тех пор столько мирных миграций и столько переселений с боем имело место как раз по этой территории — по проходному двору Европы — что найти какую-то связь с хорутанами-словенцами просто немыслимо через пятитысячелетний временной провал. Да и с венетами тоже. Если уж по совести. Только она не у каждого есть. Насчёт культуры Винча на стр. 63 и 65 у Тулаева, — а вот страницу 64 занимает пышнейшая иллюстрация: “Этногенез индоевропейских народов по Ю. Петухову”.

Привести её именно здесь просто необходимо! Этногенез индоевропейских народов по Ю. Петухову

Кто такой Ю.Петухов? Личность более чем скандальная, прославившаяся по крайней мере в пределах города Москвы изданием газеты-толстушки “Голос Вселенной” и выпуском множества так называемых “фантастических произведений” брошюрками величиной с альманах приключений и фантастики “Искатель” (видимо, формат этот должен был притягивать внимание любителей фантастики и возбуждать их покупательные способности), но вызывавших такую тошноту у этих любителей фантастики, что я десятки раз видел выброшенные экземпляры валявшимися на земле и в урнах, пару раз пробовал читать — и тоже выбрасывал, что вообще-то для меня нетипично — я наоборот, очень многое выброшенное подбирал, тащил домой, приводил в нормальный книжный вид книги, переплетал для долгого хранения журналы и отдавал тем, кому это требовалось, безвозмездно, из уважения к печатному слову. Этого у Петухова не отнимешь — таланта вызывать подобную брезгливость у более или менее нормальных людей. А писал он о славянах вообще и о русских в частности, превознося их в космических масштабах и во всех временах и ипостасях. И это у него, в одном из номеров “Голоса Вселенной”, я нашёл с одной стороны апологию православного христианства, полагающего, между прочим, что Бог создал Мир за 5508 лет до Рождества Христова, а с другой стороны утверждение, что русскому народу не менее пятнадцати тысяч лет (то-есть русский народ вдвое старше Вселенной).

Как я ни искал у Тулаева каких-либо сведений о Петухове ни в районе страницы 64, ни где-то ещё — не нашёл. Но взгляните на эту иллюстрацию! Толстое и прямое дубо-подобное дерево, корень которого — протославяне-”бореалы”. Вверх по могучему стволу тянутся надписи:

протославяне-индоевропейцы — а от них налево отходит ветвь славяно-индоарии, переходящая в толстенный наплыв-чагу индоарии, а уж из него вниз отходит веточка древние индийцы — индийцы, а вверх толстый наплыв древние иранцы, разветвляющийся на персов, скифов, таджиков и курдов.

А направо — анатоло-славяне, разветвляющиеся на хеттов, лувийцев и ликийцев.

Выше по стволу от тех же протославян-индоевропейцев отходят налево расено-славяне, а от них на одной веточке написано расены-этруски, а на второй, обломанной, вообще ничего не написано, дескать — погибли, имён не оставив, бедные, но — были наверняка. И чуть выше веточка-проток италики, вливающаяся в более толстый участок левой ветви романцы, получающий подпитку из более высокой надписи на стволе, о которой ещё скажу чуть далее. А направо идут две ветви, врастающие в круг, на коем написано древние греки, и на обеих этих ветвях надпись протославяне. Снизу — из чемоданоподобной рамочки с надписью неиндоевропейский субстрат имеется коротенький проток в тот же круг, и это единственный такой приток со стороны к любому из ответвлений. Но зато в тот же круг вливаются от более высокой надписи на стволе германо-балто-славяне ещё три ответвления-протока: дорийцы, славяно-греки, праславяне. Слава Богу — хоть дорийцев неславянами считает...

А налево от германо-балто-славян на стволе имеем толстый сук романо-славяне, потом превращающийся в тех самых романцев, к которым тянулся проточек-сучочек италики. И потом от романцев ответвляется этакой полудугой вверх и налево проток римляне, переходящий в итальянцев, а ниже и налево романцы превращаются во французов, испанцев и румын.

Выше и налево от германо-балто-славян отходят германо-славяне, а от этого толстого сука отходит отдельно острый короткий сучок готы, а чуть ниже его, но зато дальше сук этот превращается в германцев, разветвляющихся в англичан, немцев, шведов, норвежцев, датчан и отдельно исландцев.

Образованность Ю.Петухова в делах этногенеза тут особенно ярко видна — исландцы являются потомками норвежских викингов, бежавших от Гаральда Косматого, объединителя страны. Их язык — старонорвежский, именно так и называется. А голландцы и фламандцы в Бельгии — это две части не так уж давно разошедшегося по тропам истории единого народа. И язык голландцев — это тот же фламандский, только обогатившийся в имперский период куда больше чем язык оставшихся под испанцами, а потом под австрийцами менее удачливых собратьев в нынешней Бельгии.

Ну, а где же балты? Ведь они же упомянуты в германо-балто-славянском участке ствола? Не спешите. Выше направо от этого участка отходит ветвь кельто-славяне. Потом она раздваивается и снизу, загибаясь вверх, идёт проток-сучок кельты, а сверху и срастаясь с ним при загибе вниз, обогнув островок пустоты, проток-сучок кельты-галлы, а от него — обломанный сучок без имени вверх и чуть левее, а там, где имело место сращение двух протоков, просто поперёк его, вертикального, имеем три надписи — снизу вверх: валлийцы, шотландцы и ирландцы, от коих уходит вправо и выше отросток куда-то (в эмиграцию за океан, очевидно).

Куда при этих разветвлениях подевались из кельто-славян сами славяне — так же неясно, как и то, куда они делись из древних греков, романо-славян и германо-славян. Вымерли, выбиты, ветром унесло, живыми в иное измерение забраны? Тайна сия велика есть...

Выше по стволу — балто-славяне. Тут они ещё топали в едином строю, следовательно.

И налево лежит толстый и короткий сучок балты, разветвляющийся на латышей, пруссов и литовцев.

Выше его по левую сторону западные славяне, разветвляющиеся на полабов, руян, поморян, лужичан, моравов, поляков, лютичей и чехов. Полабы — это не лужичане? И не бодричи-ободриты? А поморяне — это не уцелевшие кашубы? А руяне — не поморяне и не полабы? Я никак не могу уразуметь, почему в одних случаях Петухов поминает только нынешние народы, а в других и вымершие, выбитые? Может, потому что хочет всех исчезнувших к славянам причислить и потому в данной неславянской на сегодня общности поминать не хочет? Так ведь кашубы — славяне, да и бодричи всегда среди них числились в период существования славянства. А руяне разве не одна из ветвей бодричско-лютичских вендов?

А по правую сторону — южные славяне, разветвляющиеся на болгар, словенцев, чёрногорцев, хорватов, сербов и македонцев. Босняков не поминает. Почему? Отуречены слишком? Так язык у них такой же сербо-хорватский, только вера мусульманская. И к тому же турки на девять десятых по крови те же анатоло-славяне, если такие были в природе — потомки многократно завоёванного, но кровь свою (пусть не язык) сохранившего населения Анатолии. А если и разбавленного, то именно славянской кровью полонянок, угнанных крымцами из Польши, Украины и Московской Руси.

Это смешно, но стрелки к западным и южным славянам идут от балто-славян на стволе. А не от вышележащих просто-славян.

Строго вверх по стволу — предпоследняя на нём надпись — славяне, лежащая выше ответвления налево западных и направо южных славян, и получается, что только восточные славяне, чуть выше упомянутые, из этой общности и вышли. И кончается ствол строго вверх идущей надписью русские, над которой не кончается ствол, ибо этому народу суждено, очевидно, абсолютное бессмертие в данной ипостаси, а влево и вправо два острых сучка растроившейся вершины — украинцы и белорусы. Их будущее явно бессмертием не грозит, они своё сделали, ответвились. А точнее — ушли в шлак, как и все прочие ответвления на этом дереве, оставив единственно-чистый металл — русских, которые наконец избавились от нехороших примесей...

Будет или не будет помещено в тексте изображение этого дерева — а это его описание следует сохранить! Ибо иначе посмотрят на него люди — и не поймут смысла данной петуховины (именно так называется в русском языке нечто диковинное и либо вовсе непонятное, либо с таким диковинным смыслом, что хоть стой, хоть падай). Знал Петухов, что у него за фамилия, и стремился ей соответствовать — если уже сдох, а если жив — ещё начудит от всей петушьей своей души. Петухи — тоже ведь двуногие...

А смысл такой получается: протославянская изначальная общность была настолько омерзительна для всякой зарождавшейся в ней иной общности, что те бежали от славян куда глаза глядят, на ходу придумывая новые языки, новую родословную, новую мифологию, искореняя в своей среде всё славянское и впоследствии ненавидя славян до такой степени, что умышленно мешали славянам осознать своё великое прошлое, даже вполне историческое, а не то что доисторическое. И если между собой и цапались, то это были дрязги местного значения, а вот антиславянское направление мыслей у всех инородцев, забывших о славных славянских предках, было, есть и будет, если их, конечно, не изведут русские, над которыми на родословном древе пространство не ограничено великим провидцем Ю.Петуховым.

Если так называемый русский народ, ныне на просторах бывшего СССР ещё обитающий, позволяет о себе такое сочинять, то он уже не общность, а просто скопление двуногих, коему суждено исчезнуть. Фаза обскурации — чего же вы хотите? Это слово означает самоистребление данной общности, всегда начинающееся с уничтожения лучших её представителей — сначала в боях с врагами они гибнут, потом их семьи выбиваются уже “своими” стервецами, коим погибшие лучшие люди не давали разгуляться. И вырождение ещё недовыбитых её остатков, вызывающих законное омерзение соседей. И вполне оправданное выбивание её этими соседями... Останутся кое-какие книги — далеко не все, причём именно самые великие из них скорее всего исчезнут (многие уже исчезли), рухнут постройки, а историю будут писать на иных языках, толкуя вкривь и вкось то, что могло бы быть гораздо прямее и полнее изложено именно на языке “потомка негров безобразного” — Пушкина, а также пятикровки Ленина, осмелившегося ещё и жида Бланка дедом иметь... Этого вы хотите? А я не хочу! Я, еврей по всем предкам, необрезанный, идиша и иврита не знающий, атеист, русскоязычный, советский по воспитанию, землянин-коммунар по мутации, историк-глобалист по профессии. И потому просто обязан биться насмерть с чивилихинскими вятичско-русскими и тулаевскими венето-славянскими или ануаро-алимжановскими ультратюркскими заскоками, как и со всеми аналогичными тоже. Мне нужна истина — та, которая даёт шанс на спасение человечества, биосферы и планеты. И найти которую можно — в этом я успел убедиться, пройдя по пути к ней немалые пространства в течение немалого времени.

Поскольку я намерен сражаться с противником на знакомых мне местностях Страны Истории, то в случае с этрусками, коих Тулаев рассматривает в главе “Этруски — это пелазги и тиррены” не стану выяснять — каких кровей они были и из каких мест пришли, а всего лишь отмечу, что всей их культурности, мастеровитости, отваги нехватило на осознание необходимости единства, что Этрурия, как и Согдиана, как и средневековые города-республики Северной Италии, погибла потому, что каждый “субъект этрусской федерации” думал о себе и погибал в одиночку, а прочие хлопали глазами и ушами и на помощь ему не шли. Этрусский пример такого рода — самый ранний из известных нам в Европе, а, пожалуй, и во всей Евразии. Но человечество двуногих любит постоянно наступать на одни и те же грабли. И потому именно этот пример и стоит считать нам подлиннейшей ценностью из всего этрусского наследства. А надписи их, даже если их и могут прочесть люди, владеющие славянскими языками, пока что не принесли ничего стоящего внимания. Такой-то там-то принёс такую-то жертву такому-то богу. А бог жертвы лопал, но народ, ему жертвы приносивший, не спас... Так тому народу и надо — не приноси жертвы богам, а изучай опыт прошлого. Умнее будешь. Правда, Гриневич сумел найти, как ему кажется, рецепт размножения винограда путём прививки. Оказывается, лозу надо рвать с рвением (стр.72 тулаевской книги). Ну, это уже более полезно, чем сообщение о принесении жертв... А споры лингвистов о том, славянским ли был язык этрусков или был мешаниной, как и язык пелазгов, из множества компонентов — немногого стоят пока что. Английский язык в наши дни включает в себя кельтско-бриттские два процента слов, англо-саксонские сорок процентов, сколько-то скандинавских, нормандско-француских, латинских, позднейших французских и иных заимствований — и это язык страны, распространившей его на четверть земной суши благодаря отваге, предприимчивости и разуму своих сынов, а не потому, что они очень уж о чистоте своей крови заботились. Возникновение этой заботы (англо-саксонский синдром) как раз совпадает с концом взлёта Британской империи, с началом обвала её. И Парфия стала очень уж заботиться о своём иранстве, отторгая всё эллинистическое и прочее не иранское, именно тогда, когда началось её стремительное ослабление. Вот — что нужно помнить. И приглядываться — где и когда возникает такой синдром. Ибо он — примета смертельной болезни.

Разбирательство с “Ванами, родственниками асов” (стр.74) и прочими современниками троянской войны столь же непродуктивно пока что даже с точки зрения выбора сюжетов для фэнтези. Эти народы, погибшие так давно, что и в ноосферном душехранилище их душ экстрасенсы не сыщут, не смогли передать нам ничего — пусть пока что. И нам сейчас нет особой нужды напрягаться в поисках прародины тех же скандинавов — на мировом уровне они заговорили лишь с выселения готов и гепидов из Скандии. И с этого времени стоит пытаться отреставрировать события с их участием, как реставрируют по уцелевшим магнитным линиям вокруг покалеченной отливки её былые очертания. А если Тур Хейердал решил, что Один был вождём племени, обитавшего в Приазовье, а потом почему-то увлёк соплеменников в Скандинавию — пусть проедется по его маршруту на подобии тогдашних ладей, пусть напишет книгу — если успею, прочту, но вряд ли будет от того хоть какая-то польза при нынешних обстоятельствах. Хотя от “Плавания на Кон-Тики” и “Аку-Аку” — была, сам ею попользовался, вытаскивая с двумя напарниками станки весом более тонны из вагона на платформу — по рецепту жителей острова Пасхи, описанному в “Аку-Аку”...


© 2016 Цукерник Яков Иосифович